Инициатива предполагает, что если при обнаружении ребенка, в отношении которого объявлен розыск в рамках исполнения требований исполнительных документов об отобрании или передаче ребенка, невозможна немедленная передача ребенка лицу, которому он по решению суда должен быть передан, пристав передает ребенка органам опеки и незамедлительно извещает лицо, которому ребенок по решению суда должен быть передан. Органы опеки вправе до передачи ребенка временно (не более, чем на месяц) поместить его в организацию для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, о чем незамедлительно информируется пристав. Он, в свою очередь, обязан незамедлительно сообщить об этом лицу, которому ребенок по решению суда должен быть передан.
Когда обстоятельства меняются, и ребенка можно вернуть родителю, органы опеки после уведомления от пристава обеспечивают возвращение ребенка приставу-исполнителю для продолжения исполнения требований об отобрании или о передаче ребенка. Если родитель не забирает ребенка по истечение этого месяца, орган опеки и попечительства решает вопрос об определении дальнейшей судьбы ребенка.
Как поясняла один из авторов законопроекта, заместитель Председателя Комитета по вопросам семьи, женщин и детей Оксана Пушкина, нововведения должны помочь в ситуациях, когда поссорившиеся родители используют общего ребенка для шантажа и мести. 
Отцы или матери увозят детей и не возвращают их, отметила Оксана Пушкина, и, несмотря на то, что по факту ребенок похищен, с юридической точки зрения все в порядке, потому полиция отказывается объявлять несовершеннолетнего в розыск.
Возможность для органов опеки поместить ребенка в учреждение для детей-сирот объясняется следующими обстоятельствами. Приставы, найдя ребенка, обязаны незамедлительно передать его тому родителю, с которым ребенок должен быть по решению суда. Однако иногда это невозможно сделать, пояснила Оксана Пушкина, так как пристав, например, находит ребенка у одного из родителей, который увез несовершеннолетнего в другой регион. По закону пристав может передать ребенка лишь тому родителю, с которым тот должен жить по решению суда, с обязательным участием органа опеки и попечительства. Но розыск «детей раздоров» порой продолжается годами по всей стране, а родитель не может постоянно сопровождать судебных приставов, и в тот момент, когда ребенок найден, мать или отец чаще всего находится далеко. В результате, пока родитель едет за своим ребенком, «похититель» снова увозит его, и розыск нужно начинать сначала.
Нужно дать возможность органам опеки брать «детей раздора» под крыло до приезда официального опекуна, считает парламентарий. Учитывая, что помещение в детский дом или приют для ребенка может быть травмирующим опытом, предлагаемый механизм может быть использован лишь в исключительных случаях, когда скрывающий ребенка родитель злостно уклоняется от исполнения вступивших в законную силу судебных решений. «Между собой мы, авторы этого законопроекта, назвали его «дети раздоров», — пояснила Оксана Пушкина. — Он относится исключительно к тем драматическим ситуациям, которые могут произойти в семье».
«По статистике, только в прошлом году в розыске находилось 12 560 детей. И число таких случаев, о которых я говорю, к большому сожалению, растет: если в 2015 году их было 30, в прошлом году их было 60. Из 60 случаев практически были все найдены, но только 24 ребенка были переданы законным представителям», — указала она. 
duma.gov.ru/news/29767/